January 11th, 2009

Orange

В Консерватории что-то подправили

После долгого перерыва - наконец-то снова Большой зал Московской Консерватории. Билеты - теперь не оторванные из большой стопки листов, а напечатанные на специальных бланках прямо при тебе в кассе. В старых тяжелых дверях - новенькие рамки металлоискателей, и рядом вежливые молодые люди, заглядывающие в сумки. В гардеробе, в моем любимом отсеке, куда всегда очередь короче, - сердитая тетка, возмущающаяся: "Никогда не поверю, что вы первый раз в Консерватории! Надо знать, что шапки сдаются в пакетах!" Дальше - все как было... Дружный поток людей на широких лестницах, лоток с дисками, зеркала... Вежливый молодой человек с вопросом: "А вы программку внизу покупали?" (и правда, в фойе почему-то капельдинерш с программками не оказалось, только внизу, у проверяющих).
А вот первый звонок - такой же требовательно-резкий. И любимые места в первом ярусе, на креслах боковушек. Но в первый ряд боковушек уже давно никого не пускают... Ремонт. Пускают во второй ряд. Тут тоже что-то изменилось... А, вот что. Бортик обтянут не привычной вытертой бархатной материей, а толстой шерстяной, довольно кусачей. И сиденья тоже. Только спинки остались бархатными. А на входе зал - сроду такого не бывало - проверяют еще раз билеты... Прямо как в Большом театре.
Объявлять программу больше не выходит величественная тетенька в чистой плюше. Вместо нее, хотя ее же голосом, вещает пара динамиков.
А музыка как же, спросите вы.
А музыка - это музыка. С музыкой ничего сделать нельзя. Музыка всегда будет музыкой. Сколько ни меняй что угодно вокруг.