June 15th, 2004

Sun

По Москве

Но вот уж близко. Перед ними
Уж белокаменной Москвы
Как жар, крестами золотыми
Горят старинные главы.
Ах, братцы! как я был доволен,
Когда церквей и колоколен,
Садов, чертогов полукруг
Открылся предо мною вдруг!
(А. Пушкин)


Погода сегодня, после вчерашнего хмурого настроения, с утра радовала небом с редкими облачками и солнцем. И было время, чтобы выйти из дома, собрав полную сумку объективов, и поехать по МКАДу в сторону бывшего села, а теперь просто микрорайона Троекурово. Мы уже были там, и теперь очень хотелось туда вернуться.
Там нас ждала Троекуровская церковь - странное здание, о котором с первого взгляда дилетанта можно было сказать, что это модерн начала ХХ века, а все справочники упорно твердят: "В настоящее время от села Троекурово осталась, построенная в 1699-1706 гг., церковь Николая Чудотворца, ныне восстановленная и действующая". Действительно, восстановленная и действующая.
У ворот нас встретил негр в джинсовой панаме и на чистом русском языке поздоровался. Увидев, что мы фотографируем, посоветовал, широко и восхищенно разводя руками: "Пройдите еще с той стороны! Она такая... такая красивая!"
Но до нее нас ждал настоящий подарок в Кунцево. На карте была обозначена какая-то кладбищенская церковь. Часто такие церкви оказываются абсолютным новоделом, построенным для чисто служебной надобности - отпевания. В Кунцеве из-за деревьев с дороги была видна пятиглавая церковь, явно не новая. Кажется, красивая... Нет, не кажется... Не просто красивая. Великолепная. Мощная и в то же время стройная. Огромная белокаменная красавица-церковь Спаса Нерукотворного Образа на Сетуни при Кунцевском кладбище, построенная в 1674-1676 годах. К ней хотелось обратиться на "вы" и в то же время - погладить эти тяжелые камни стен, видевших не одно столетие и бог знает скольких людей, чьи имена гремели на всю страну, а то и на весь мир.
Она не выглядела памятником, она жила. Мимо шли деловитые люди с венками и рассадой, у ограды столпились побирушки, босые и в обносках, громко о чем-то разговаривали...
А вокруг нее - большой сад, наверное, яблоневый...